2012

Сохранить нельзя ликвидировать

В начале осени Министерство образования и науки РФ предприняло беспрецедентную попытку оценить эффективность российских вузов. Деятельность госуниверситетов, академий и их филиалов «проштудировали» по 50 параметрам и занесли в единую информационную систему. Всего в мониторинге приняли участие 541 госвуз и 994 филиала.
В результате деятельность 136 образовательных учреждений и 450 филиалов признана неэффективной. Против «черного списка» выступили ректоры некоторых вузов и Российский профсоюз студентов (РПС). Немало и тех, кто считает результаты мониторинга обоснованными. В Удмуртии в число «двоечников» вошли филиалы Глазовского государственного пединститута им. Короленко в г. Ижевске, Удмуртского государственного университета в г. Можге, Московского института инженеров транспорта в г. Ижевске, Уральской академии госслужбы. Что думают об инициативах минобрнауки представители педагогической общественности, руководители и преподаватели вузов Удмуртии, мы постарались выяснить в ходе заочного «круглого стола» «ДК».

«ДК»: Результаты проведенного мониторинга эффективности российских вузов вызвали неоднозначную реакцию в обществе. Что вы об этом думаете?

 



Наталья Сударикова, председатель постоянной комиссии ГС УР по науке, образованию, культуре и молодежной политике: У меня, как у любого представителя образования, результаты мониторинга вызвали недоумение. Предложенные критерии ни в коей мере не могут определить эффективность вуза, потому что среди них нет самого главного – оценки качества подготовки студента, получающего высшее профессиональное образование.

На мой взгляд, эффективность вуза проявляется в том, насколько выпускник востребован на рынке труда, трудоустроен ли он и нашел ли себя в жизни. Вот тогда можно говорить, эффективно затрачены бюджетные средства или неэффективно. Мониторинг министерства образования – это калька с нескольких иностранных мониторингов, и они никак не ложатся на почву российского образования, в основе которого всегда были качество и фундаментальность подготовки. 

Борис Якимович, председатель Совета ректоров Удмуртии, ректор ФГБОУ ВПО «Ижевский государственный технический университет им. М.Т. Калашникова», д.т.н., профессор: На мой взгляд, критерии вполне объективные и четкие, они отражают, как вуз работает в образовательном и научном пространстве, каково состояние материально-технической базы для подготовки кадров, объем привлеченных средств по науке и внебюджетной образовательной деятельности.

Показатели, пороговые значения и критерии подготовлены в соответствии с рекомендациями Ассоциации федеральных университетов, национальных исследовательских университетов, Московского и Санкт-Петербургского госуниверситетов и одобрены решением Президиума Российского союза ректоров. Да, сегодня к результатам мониторинга, как ко всему новому, есть вопросы, и это нормально. Но в то же время и сами вузы всерьез задумались о собственной эффективности и качестве подготовки специалистов.



Николай Стрелков, ректор ГБОУ ВПО «Ижевская государственная медицинская академия» Минздрава РФ, заслуженный врач РФ, д.м.н., профессор: Такой масштабный мониторинг проведен впервые, что само по себе хорошо и необходимо, но вот критерии, по которым оценивались вузы, нельзя назвать однозначными. Например, не совсем корректно оценивать научно-исследовательскую деятельность вуза по объему НИР на одного преподавателя, если за 20 лет отраслевым вузам на науку не выделено ни копейки, а вузы минобразования получают из федерального бюджета десятки и даже сотни миллионов рублей на развитие материально-технической базы и научные исследования и разработки.

Также не понятно, из чего исходили инициаторы мониторинга, вводя критерий оценки международной деятельности по количеству иностранных студентов. Почему мы вообще должны учить и привлекать иностранцев, если одна из главных задач Ижевской медакадемии растить собственные кадры для медицинских учреждений республики. Тем более, иностранцы из дальнего зарубежья по многим объективным причинам к нам сами не поедут, а гражданам из бывших союзных республик проще и дешевле учиться у себя или в соседних государствах. У меня сложилось впечатление, что критерии оценки эффективности разрабатывались не для всех российских, а только для московских вузов.



Галина Мерзлякова, ректор ФГБОУ ВПО «Удмуртский государственный университет», заслуженный работник высшей школы РФ, доктор исторических наук, профессор, депутат ГС УР: Результаты мониторинга оказались неожиданными для большинства вузов России и, естественно, вызвали множество вопросов. Нельзя применять одинаковые показатели ко всем вузам без учета их профиля, направленности, удаленности от центра России. Большое число иностранных студентов в качестве критерия выгодно, прежде всего, крупным столичным вузам. А если вуз провинциальный и иностранных студентов там никогда не бывало или их мизер, почему он должен из-за этого считаться хуже?

Исходя из имеющейся международной образовательной практики, все страны мира стремятся, в первую очередь, дать качественное (причем бесплатное) высшее профессиональное образование своим собственным гражданам. Количество баллов ЕГЭ – критерий тоже очень условный.

Необходимо оценивать студентов по результатам того, как они обучались в вузе, участвовали в промежуточном и итоговом контроле, какие оценки получили по независимым тестам, проводимым после окончания учебного заведения. Считаю целесообразным привести систему мониторинга в соответствие с существующим порядком аккредитации образовательных учреждений и увязать показатели программы мониторинга с лицензионными и аккредитационными показателями.




Михаил Кибардин, проректор по учебной работе ФГБОУ ВПО «Удмуртский государственный университет», кандидат географических наук, доцент: Мониторинг определял качество работы учебных заведений по текущему процессу, а не по результатам их деятельности. Это его недостаток. Главное в работе любого вуза – это качество подготовки выпускников и востребованность их во всех сферах жизни государства. Определить это весьма не просто, но, возможно, только так мы получим объективную картину эффективности работы того или иного вуза. Нельзя не отметить, что в стороне от начавшегося процесса остались негосударственные вузы, а их в Ижевске 11 из 15 вузов (государственных только 4). Необходимо внести существенные изменения в порядок их лицензирования и аккредитации и оценивать их деятельность по тем же 50 показателям.


Валерий Никулин, ректор НОУ ВПО «Камский институт гуманитарных и инженерных технологий», исполнительный вице-президент РИА, президент Инженерной академии УР, д.т.н., профессор: Сама идея мониторинга мне очень нравится, но к любому новому делу надо готовиться, подходить взвешенно и вдумчиво, особенно, если это касается российской системы образования, где государственные и негосударственные вузы априори находятся в неравных условиях.

В предложенной системе оценки 2/3 показателей эффективности связаны с научной деятельностью. Но, простите, государственные вузы получают деньги целевым образом и на постоянной основе, а негосударственные, выходит, должны закладывать деньги на развитие исследований в плату за обучение. Тогда корректно ли сравнивать показатели научно-исследовательской деятельности тех и других?..
 
Оценивать международную деятельность по числу привлеченных иностранных студентов тоже неправильно. Для региональных вузов это хлопотно, к тому же многие объективно не имеют образовательных программ, которые бы соответствовали жизненным реалиям иностранного государства.

Оценка вуза по инфраструктурным показателям тоже вряд ли является современным критерием, поскольку сегодня активно развивается дистанционное образование, и количество площадей на одного студента не столь актуально. А как можно оценивать образовательную деятельность вуза по среднему баллу ЕГЭ, и какое вообще отношение уровень школьных знаний имеет к оценке эффективности вуза, тем более, все прекрасно понимают, что балл зависит от количества бюджетных и внебюджетных мест.

Очень неудачно были выбраны год и период для проведения мониторинга. Во-первых, логичнее проводить оценку вуза за учебный год, а не за финансовый. Во-вторых, в 2011-м осуществлялся переход на федеральные государственные образовательные стандарты третьего поколения: на некоторые старые образовательные программы прием уже закончился, а на некоторые новые еще не было ФГОС.




Владимир Бодров, первый секретарь Удмуртской республиканской организации КПРФ, депутат ГС УР: Власть в нашей стране не прислушивается к мнению профессионального сообщества, что подтверждает работа над проектом федерального закона «Об образовании». Тогда возникают вопросы: зачем создается закон, для кого и кто его будет реализовывать? Учителя школ и преподаватели вузов с тревогой относятся к процессу, который происходит в законотворчестве. Они не верят в то, что закон будет принят с учетом всех замечаний.

Вот, ввели двухуровневую систему высшего образования, но статус-то бакалавра до сих пор не определен, хотя вузы их готовят. В результате работодатели до сих пор не могут понять, кто такой бакалавр – специалист или «недоучка», и чем он отличается от выпускника учреждения НПО. Весь мир идет по пути повышения уровня образования населения. К примеру, Япония стремится сделать высшее образование всеобщим, а у нас его хотят сделать максимально платным, фактически ограничив его доступность.

 

«ДК»: Сейчас много говорят о том, что в процессе реформирования высшей школы используется административно-командный подход, а к мнению вузовского сообщества никто не прислушивается. Вы с этим согласны?

Наталья Сударикова: Нельзя ответить однозначно. Система образования, в том числе высшего, это система, работающая не вне государства, а внутри него, и все происходящие в государстве процессы так или иначе на ней отражаются.

Реформирование высшей школы происходит на фоне последствий страшнейшего демографического спада. В 2008, 2009, 2010 годах количество выпускников школ было на уровне, а то и меньше, количества бюджетных мест в вузах. Содержать такую огромную систему, не реформируя ее, невозможно.

Другой вопрос, каким образом? Если это будет проведено исключительно административно-командными методами, то, очевидно, ничего хорошего не выйдет. В то же время государство должно сказать, какие специалисты нужны, в каком количестве, для каких предприятий, и обязательно с учетом интересов конкретного региона. Необходима большая системная работа, в которой государственный подход будет играть ключевую роль.

Борис Якимович: Нет, не согласен, поскольку к обсуждению законотворческих инициатив привлекается широкое образовательное сообщество. Проблема в другом: общественность, в том числе научная и преподавательская, как правило, довольно инертна и не очень активно включается в обсуждение возникающих вопросов. Она начинает высказывать критические замечания, когда решение принято, либо когда ситуация коснулась конкретного вуза, конкретной проблемы. Чтобы подобное не возникало, общественность должна проявлять большую активность и заинтересованность «до того», а не после.

Николай Стрелков: Порой складывается впечатление, что все проводимые реформы основываются на банальной экономии бюджетных ресурсов. Если учесть, что в проекте федерального бюджета на 2013 года расходы на образование сокращены на 3,5 процента, то проведенный мониторинг многое объясняет.

Признанный неэффективным вуз или филиал должен закрыться или объединиться с более успешным учебным заведением. А вообще кто-нибудь подумал 20 лет назад: нужно ли нам будет столько вузов, сколько было создано за эти годы? Сегодня мы имеем лишь треть от численности детей большого союзного государства, в то же время число вузов выросло в разы.

Галина Мерзлякова: Отчасти согласна, потому что механический перенос привлекательных, по мнению реформаторов, компонентов образовательных систем западных стран без социального прогнозирования сложен и не всегда однозначно принимается педагогическим сообществом.

Так случилось и с введением уровневой системы образования, хотя в нашей стране законодательно не определен статус бакалавра, а к их подготовке мы уже приступили. Конечно, отказываться от международного опыта нельзя, однако его использование необходимо творчески и органически вписывать в конкретные условия нашей страны, вуза, опираясь на мнение вузовского сообщества.

Валерий Никулин: Сегодня при принятии решений к мнению вузовского сообщества практически никто не прислушивается. Хорошо еще, что на общественное обсуждение был вынесен закон «Об образовании» и что депутаты Госдумы РФ согласились-таки рассмотреть альтернативный закон.

Сейчас по моей инициативе при поддержке депутата Госдумы РФ Олега Николаевича Смолина начата работа по созданию Профессорского собрания России. Договорились о создании рабочего оргкомитета и что его возглавит О.Н. Смолин как личность, пользующаяся огромным авторитетом в образовательной среде. Мне предложено войти в состав оргкомитета. Думаю, что Профессорское собрание будет создано в ближайшее время, оно необходимо. Профессор – высшее звание вузовского преподавателя, и уж если с мнением профессорского сообщества России власть не будет считаться…

«ДК»: Не кажется ли вам, что предложенные критерии оценки имеют явно выраженный экономический характер? Получается, что эффективный вуз должен зарабатывать, а не учить?..

Наталья Сударикова: Вуз, конечно же, должен учить – это главное его предназначение и миссия. В то же время прежнюю, советскую, систему подготовки специалистов на сегодняшнюю реальность перенести невозможно. Мы живем в другой стране, в других потребностях рынка, и поэтому экономические подходы в образовании должны быть, но не должны главенствовать. К сожалению, сегодня такая опасность есть.

В вузы, особенно на внебюджет, принимают всех и каждого. Эта тенденция – один из результатов демографического спада: чтобы выжить, вуз вынужден зарабатывать деньги, принимая в число студентов людей неподготовленных, далеких, а часто не желающих учиться. Нужно ли нам это? Получится ли из вчерашнего троечника и лентяя хороший специалист с высшим образованием? Думаю, маловероятно. Поэтому не надо требовать от вузов финансовых результатов. В погоне за достижением данного критерия они потеряют главное – качество.

Борис Якимович: Оценка финансово-экономической эффективности вуза вещь вполне понятная, это вопрос сбалансированности бюджета и внебюджета. Экономические реалии сегодня таковы, что государство не может обеспечивать 100-процентное финансирование, а в некоторых случаях этого и не нужно.

Что касается средств, привлеченных на НИОКР, то все вузы живут в соответствии с уставом высшей школы, где четко определено, что каждый преподаватель должен заниматься как образовательно-методической, так и научной деятельностью. Это касается и преподавателей творческих вузов. Они, что, не должны заниматься наукой?..

Михаил Кибардин: «Зарабатыванием» денег вузы сейчас занимаются не от хорошей жизни, а от жесточайшего недофинансирования, которое в отдельных случаях достигает 60% от требуемых сумм. Поэтому каждый вуз использует меры привлечения внебюджетных средств, но они не должны быть основными в мониторинге. Сравнивать научно-исследовательский университет и педагогический вуз по этому критерию нецелесообразно.

Валерий Никулин: В идеале вуз должен быть экономически эффективным, заниматься научно-исследовательской деятельностью, но надо учитывать его размеры, профиль, задачи. Разве можно сравнивать по одним экономическим критериям солидный технический вуз с хорошей технологической базой, который получает гранты, дотации на сотни миллионов рублей, получает деньги на НИОКР, и небольшой гуманитарный или педагогический вуз. Наверное, нет.

Есть во всем происходящем и неприятный имущественный момент. В России многие вузы, особенно московские, занимают элитные площади в центре, как, например, старейший в стране горный или текстильный университеты. И я считаю, что косвенной целью закрытия путем объединения таких вузов с другими, является борьба за недвижимость.

Владимир Бодров: Финансово-экономический подход – это стандарт, который навязывается. Вуз не должен зарабатывать, он должен давать знания и готовить специалистов, необходимых для решения государственных задач в экономике, социальной сфере, культуре, спорте. Государство должно этому способствовать, чтобы было высокое качество подготовки и гарантия трудоустройства.

«ДК»: В чем, на ваш взгляд, главная проблема российских вузов, и так ли нужно сокращать их количество?

Наталья Сударикова: Главная проблема российских вузов в том, что на государственном уровне не сформирована четкая система госзаказа на подготовку специалистов. Вузы подчинены федеральному центру, и все руководство тоже осуществляется оттуда. При этом не учитываются потребности регионов в специалистах тех или иных областей знаний. Регион должен обладать более широкими возможностями участия в работе вузов, не только через попечительские советы, но и через систему заказов и систему планирования.

Борис Якимович: Я могу сказать, прежде всего, о технических вузах. Первая проблема – устаревшая материально-техническая база, ее надо совершенствовать. Следом идет другая проблема: кто на этой базе будет работать? Ведь современное оборудование мало купить, его надо освоить, организовать на нем учебный процесс, исследования, надо войти в современное высокотехнологическое сообщество.

Сегодня мы наблюдаем отставание российского промышленного комплекса от развитых стран Европы, США, Японии, Китая, Кореи. Модернизация наших предприятий осуществляется медленно, и вузы тоже не улучшили свою материально-техническую и исследовательскую базу. В результате возникли определенные проблемы в области подготовки кадров.

Сейчас ситуация меняется. Многие вузы выиграли конкурсы на получение статуса национальных исследовательских и федеральных университетов, у них появилась возможность закупать современное оборудование. Есть определенные проблемы взаимодействия с промышленными предприятиями, которые мы совместно решаем. Совместно с крупными промышленными предприятиями и бизнес-сообществом у нас созданы именные аудитории и лаборатории, организована производственная практика студентов.

Николай Стрелков: Одними из основных критериев оценки эффективности деятельности вузов должны стать уровень трудоустройства выпускников и их востребованность на рынке. Если мы учим за государственные деньги, значит, обязаны решать задачи государственной политики в области подготовки кадров для системы здравоохранения. Не менее значимыми являются инфраструктурные показатели и, конечно, уровень квалификации преподавателей, в том числе процент остепененности научно-педагогических работников.

Галина Мерзлякова: Главная проблема – многолетнее недофинансирование учебных заведений, что повлекло отток кадров и износ материально-технической базы, а также мощное падение престижа самой профессии педагога. В то же время принимается известный 83-ФЗ, который перевел учебные заведения со сметной схемы финансирования на субсидиарную и подушевое финансирование, тем самым освободив государство от части социальной нагрузки и ответственности. И вот в этих условиях возникает мониторинг «эффективности», который многие рассматривают как продолжение политики сокращения государственного финансирования образования.

Михаил Кабардин: Глава Минобрнауки Дмитрий Ливанов отметил, что число вузов в ближайшие годы может быть сокращено на 20%, а количество их филиалов – на 30-35%. Соответствующее решение должно быть подготовлено к весне 2013 года. Думается, что избыточное количество вузов исчезнет само, если у молодежи появится возможность выбирать ясную и стоящую жизненную траекторию из числа предлагаемых государством образовательных услуг с ясной перспективой гарантированного трудоустройства.

Валерий Никулин: Давайте хоть одну реформу доведем до конца, увидим результаты, а то у нас еще одна не закончена, а мы уже другую начинаем. Сегодня в сфере управления российским образованием множество чиновников, которые в вузах не работали, они не знают сути, тонкостей, специфики, а берутся оценивать эффективность, разрабатывают совершенно не понятные вузам критерии оценки.

Я бы согласился, если бы эффективность оценивалась не за один год, а за три, и если бы критерии основывались, в том числе, на образовательных программах и качестве подготовки. А то выдернули один год, причем не самый удачный для образования (и страны в целом), и составили рейтинг. Это, по меньшей мере, несерьезно.

Владимир Бодров: Проблема в том, что образование в нашем государстве рассматривается, как услуга, хотя, по большому счету, это общественное благо и государственная политика. А у нас, если человек принес деньги, значит, вуз хорошо работает. В итоге довольно часто платные места отдают лодырям, плодя неквалифицированных специалистов. Предполагаю, что платное образование возможно, но с участием государства и гарантией рабочего места.

P.S. По информации «ДК», власти Удмуртии намерены сохранить филиалы Глазовского пединститута в г. Ижевске и УдГУ в г. Можге. Такую задачу поставил Президент Удмуртии. В Министерство образования и науки России направлено письмо Совета ректоров вузов Удмуртии с ходатайством сохранить филиалы республиканских вузов. В Министерство образования и науки УР заявляют, что в случае объединения или закрытия учебных заведений преподаватели и студенты не пострадают.

Ольга Иртегова
Высшее строительное образование в Удмуртии >>>


Комментировать




Елена Вербицкая: "Мы создаем условия для равноправного участия женщин в политической, экономической и культурной жизни общества"

...

Сергей Мусинов: "Коллектив СЭГЗ выполнит планы по диверсификации производства"

...

Алексей Злобин: "ИЭМЗ «Купол» вносит свой вклад в улучшение экологической ситуации"

...

Денис Анищук: "В 2018 году выручка ЧМЗ превысила показатели прошлых лет и составила почти 14 миллиардов рублей"

...

Яндекс.Метрика
www.izhevskinfo.ru
Купол
Полиграф
Пресс-Тайм
Управление Госэкспертизы
Разработка сайта - "Мифорс" / Дизайн-студия "Мухина"