2012

Гроза над Отечеством

Это лишь на первый взгляд кажется, будто «гроза двенадцатого года» отгремела над Россией и канула во тьме веков. Именно победа русской армии на несколько десятилетий подготовила международный расклад сил, будущих наших взлётов и падений. А ещё она затронула умы и души множества людей. Без того всенародного порыва, наверное, невозможно было бы появление Пушкина, декабристов и целой цепочки последующих событий и явлений российской истории и культуры. Даже с точки зрения местечковой, вятской или удмуртской, война 1812 года – важнейшая страница истории.


Кузница оружия

200 лет оружейной славы Ижевска – дата, взятая не с потолка. Находясь далеко в стороне от военных действий, Вятская губерния (следовательно, и входившая в неё в то время Удмуртия) всё равно в немалой степени влияла на их ход. И пусть совсем недавно основанный Дерябиным Ижевский оружейный завод к 1812 году ещё не мог поспорить с Тулой по значимости своей в оружейном деле, тем не менее уже перед войной каждый пятый российский солдат был вооружён ижевским ружьем.

Если в 1807 году ижевские оружейники собрали всего семь ружей, в 1812-м – уже около шести тысяч, то в 1814 году – свыше десяти тысяч ружей. Да и о холодном оружии, производившемся в то время на Иже, забывать не стоит. Ижевские тесаки, копья, пики, алебарды, сабли также стояли на вооружении русской армии. Шутка ли – от шести первых тесаков в 1807 году к победному 1814 году их стали производить уже до 2,5 тысячи. Будет у вас время, зайдите в музей «Ижмаша», взгляните на те первые образцы ижевского оружия.

Нет, не зря до революции заводскую башню Ижевского оружейного завода украшал символ той великой эпохи Александра I – отлитый из бронзы двуглавый орёл, попиравший своими лапами одноглавых французских орлов, вражеские знамёна и пушки. Во время праздников, по свидетельству краеведов, орёл освещался иллюминацией, на это красочное зрелище сходились поглазеть и стар, и млад. В революционное время новая власть поспешила ликвидировать старорежимную примету. При этом, конечно, никто не обратил внимание на явную несуразицу: главную башню российской оружейной кузницы стали украшать вражеские пушки и знамёна.

В Национальном музее Удмуртии хранится один из самых необычных экспонатов, бывший на вооружении лейб-гвардии Гродненского полка, в котором, кстати, служил знаменитый Денис Давыдов.

За тебя на чёрта рад,

Наша матушка

Россия!

Пусть французишки

гнилые

К нам пожалуют

назад!


Российский орёл над царскими знамёнами и пушками
Российский орёл над царскими знамёнами и пушками

Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещён

Сомнительно, конечно, что те 5851 французов, итальянцев, испанцев, португальцев, баварцев, пруссаков, саксонцев и «прочих разных шведов», что находились в плену на территории нашей губернии, захотели бы вернуться впоследствии в вятские снега.

Понятно, что генерал Вандом или один из важнейших шпионов Бонапарта Де Варримон и здесь не коркой сухой питались, но быт большинства военнопленных рядовых солдат был прост, неприхотлив, а порой и откровенно суров. Размещались они по городам и находились постоянно под присмотром полиции.

Практически всем им делалось предложение поступить на русскую военную службу, но, как писал городничий уездного Глазова, «они приняли сие с надменностью, отозвались презрительно, что российская служба по дисциплине и числу жалованья им не нравится...». Впрочем, на дворе уже стоял январь 1813 года, поводов чваниться в вятской глубинке у чужестранцев оставалось всё меньше.

В зависимости от чина выделялось пленным и содержание: на генерала казна отпускала в сутки 3 рубля, полковнику и подполковнику полагалось 1 руб. 50 коп., майору – 1 руб., обер-офицеру всего лишь 50 коп., ну, а нижние чины обходились в день пятачком. Для улучшения быта пленным разрешили искать побочный заработок, специалистов пытались пристроить и на заводские работы – это отражено и в документах фонда Вот-кинского завода, хранящихся в ЦГА УР.

В Сарапуле желающие по добровольному согласию занимались земляными работами при сооружении каменной ограды вокруг Воскресенского собора и при постройке колокольни Покровской церкви. По преданию, пленные французы участвовали и в строительных работах Преображенской церкви села Мазунино.

С ними же народное сознание связывает и постройку дивного храма села Данилово, что в Киясовском районе. Мне рассказывали, что и в оформлении этой церкви надолго сохранялись мотивы избавления Отечества от вражеского нашествия наполеоновских войск. Так, одна из храмовых росписей изображала Михаила Илларионовича Кутузова, возложившего на свою голову икону Казанской Божией Матери и произносящего исторические слова, что в руки её он отдаёт судьбу России и войска нашего, уповая на успех и победу.

Надо сказать, что жившие в Сарапуле четыре сотни французских военнопленных чувствовали себя несравнимо лучше, нежели в других местах огромной губернии. Жили, разумеется, в казарме на окраине города, но сарапульское общество было к ним расположено настолько, что иные предпочли остаться насовсем на гостеприимной прикамской земле.

В ЦГА УР в одном из дел Сарапульского Духовного правления хранится письмо, отправленное в 1813 году из городского магистрата от бургомистра Фёдора Мартьянова. В нём повествуется о пожелавшем принять российское подданство военнопленном, рядовом французе Батисте и его жене. Известно, что прижившийся в Сарапуле Батист был прежде «французского закона католического», но «из города Астердама» и «из сословия купцов», в армии Наполеона служил музыкантом в 16-м гусарском полку.

Случай этот не единичный. Не зря же и священник Анатолий Никольский вспоминал, что «два француза, убеждённые радушием сарапульских граждан, вступили в российское подданство, приняли греко-российскую веру и записались в сарапульское мещанство».


Надо сказать, что жившие в Сарапуле четыре сотни французских военнопленных чувствовали себя несравнимо лучше, нежели в других местах огромной губернии.



«Я люблю кровавый бой, я рождён для службы царской...»

Это всё, конечно, любопытно с исторической точки зрения, но всё-таки славу России составили именно те, кто бился с неприятелем на поле боя. Самая известная фигура здесь, разумеется, кавалерист-девица Надежда Дурова.

Выйдя в отставку, бывший лихой гусар Андрей Дуров получил место городничего в Сарапуле. У папеньки всё служебные хлопоты, у маменьки хозяйство, а что дочке делать в маленьком пыльном городке?! Единственная отрада – припрятанный в саду арсенал, где хранились лук со стрелами, сабля и поломанное ружьё. И ещё любовь и тяга к лошадям, которая сохранилась на всю жизнь.

Да и замужество счастья не принесло. Муж – дворянский заседатель Сарапульского земского суда Василий Чернов – кажется Надежде Андреевне скучным, материнство не прельщает. А другая жизнь – вот она, рядом совсем.

В Сарапуле квартируют казаки для охраны города от многочисленных разбойничьих шаек, злодействовавших не только в прикамских лесах и на трактах, но, бывало, овладевавших целыми сёлами и городками. Сарапул и городничего они защитили, да только дочка его, 23-летняя Надежда, обрезав локоны и переодевшись в казацкую форму, кинулась вслед за ушедшим отрядом. Представилась она дворянским сыном, мечтающим о военной службе. Что ж, казачий полковник позволил «16-летнему Александру Васильевичу Дурову» добраться с казаками до расположения армии.

А в Европе уже бушуют наполеоновские войны. Новоявленный воин поступает в Коннопольский уланский полк под именем Александра Соколова, затем служит в Мариупольском гусарском и Литовском уланском полках. Когда после ранения открылось в лазарете, что храбрый офицер – женщина, её вызвал в Петербург сам император Александр I. Его Величество поначалу хотел наградить Надежду Дурову и возвратить в отцовский дом, но после горячих просьб всё-таки разрешил продолжить службу под именем Александрова. Именно это имя и носила Надежда Дурова до самой своей смерти.

В общей сложности кавалерист-девица прослужила десять лет и вышла в отставку в 1816 году в чине штаб-ротмистра. Гражданской жизнью она тяготилась, жила поначалу в Петербурге, затем на Украине. Наконец перебралась в Сарапул. За эти годы сарапульская жизнь практически не изменилась, и «девка-гусар», ходившая в сюртуке или фраке, носившая шляпу или картуз, при этом курившая трубку, шокировала местных обывателей. На неё буквально показывали пальцем, издалека приходили посмотреть, как на чудо дивное.

В 1840-х годах Дурова-Александров переехал (а) в соседнюю Елабугу, где никто не помнил её девичьего прошлого. В Елабуге кавалерист-девица и умерла в 1866 году, прожив долгую 83-летнюю жизнь. Имя же её навеки осталось в русской истории и литературе.


За 1812-1813 годы Вятская губерния дала для российской армии более 25 тысяч новобранцев.


На графских лугах

Нет, не зря Пушкин отметил, что «бывают странные сближенья»! Отечественная война 1812 года отмечена в российской истории множеством славных имён. Одно из них – Пётр Петрович Коновницын. Генерал этот прошёл не одну войну, а во время Бородинского сражения заменил раненого П.И. Багратиона на посту командующего второй армией. В 1817 году герою Отечественной войны, военному министру, генерал-лейтенанту П.П. Коновницыну были пожалованы покосы по обе стороны речки Ва, неподалёку от починка Рябовского, что находится километрах этак в двенадцати от посёлка Ува, рядом с железной дорогой на Кильмезь.

В том же году Пётр Петрович стал полным генералом, получив чин генерала от инфантерии. Для русской армии генерал и в мирное время сделал немало полезного, не зря же в 1819 году был возведён в графское достоинство. Впрочем, жить ему оставалось уже недолго – умер он в 1822 году в возрасте всего лишь 58 лет.

Подобных «странных сближений», совершенно незаметных на первый взгляд, немало в нашей истории. К примеру, недолгое время служил помощником командира Ижевского завода Матвей Иванович Пыхачев, проходивший по делу о декабрьском заговоре 1825 года.

Сын казанского дворянина, один из героев Отечественной войны 1812 года, участник нескольких заграничных походов, неоднократно награждённый за храбрость орденами, собственно, никаким декабристом и не был, однако знал о существовании Южного общества, за что и поплатился капитан службой на Иже. От более строгого наказания спасли его не только былые заслуги, но и активное участие в подавлении восстания Черниговского полка. Тем не менее в так называемый «Алфавит декабристов» имя его включено.

В документах 4-го фонда ЦГА УР можно встретить немало имён офицеров и рядовых участников событий Отечественной войны 1812 года, служивших впоследствии при Ижевском оружейном заводе.

Коновницын, Пыхачев, Дурова – это всё люди в истории приметные, однако в Отечественной войне 1812 года победил всё-таки народ: рядовые солдаты, ополченцы, те, кто в тылу жертвовал для армии...


В полк!

Коновницын, Пыхачев, Дурова – это всё люди в истории приметные, однако в Отечественной войне 1812 года победил всё-таки народ: рядовые солдаты, ополченцы, те, кто в тылу жертвовал для армии... Наверное, стоит вспомнить о том, что в военных действиях участвовал и Вятский пехотный полк, жаль только, что в нём к этому времени о Вятской губернии напоминали лишь название и изображение герба нашего края (рука, натягивающая лук) на полковом знамени.

Только в 1812 году в губернии было проведено три рекрутских набора. Всего же за 1812-1813 годы Вятская губерния дала для российской армии более 25 тысяч новобранцев.

Сразу же после манифеста Александра с воззванием к подданным встать на защиту родной земли в Вятской губернии стало собираться ополчение. Не осталась в стороне и церковь. Преосвящённый Гедеон обратился к епархии с призывом о пожертвованиях. В ополчение вступали дворяне, чиновники, духовенство, мещане, казённые крестьяне. «Памятная книжка Вятской губернии на 1912 год» в материале к 100-летнему юбилею Отечественной войны 1812 года писала:

«Дворяне должны были поставить на свой счёт ополченцев из крепостных крестьян и дворовых людей; лица же духовного ведомства, чиновники и канцелярские служители в эту службу принимались с согласия своего непосредственного начальства, а мещане и крестьяне по приговорам обществ».

Лишь по развёрстке вятчане поставили российской армии 830 ополченцев (по А.В. Эммаусскому). Известно, что в составе Вятского ополчения, помимо собранных с помещиков, фабрикантов и заводчиков 733 пехотинцев и 97 конных, было 19 чиновников и канцелярских служителей, 38 человек духовного звания и 26 мещан и казённых крестьян.

Примеров добровольного вступления в службу было множество. Известный факт, «мелкопоместный помещик Сарапульского уезда Демгольц явился в ополчение со своими пятью людьми, одетыми и вооружёнными на своё иждивение».

Только сумма, собранная для Вятского ополчения, составила 72282 рубля, в том числе духовенство епархии пожертвовало 24327 рублей. Городской голова Глазова Иван Волков внёс от города 1405 рублей, из которых сам он, а также Яков Ляпунов, Иван Бородин, Григорий Чирков внесли по 200 рублей каждый. Купечество Сарапула внесло 2260 рублей, от сарапульских обывателей и мещан поступило в общей сложности порядка 1500 рублей. А ведь жертвовали ещё и через исправников и городничих! Немало было пожертвований в виде оружия, хлеба, холста, золотых и серебряных вещей.


На поле боя

Долог был путь ополченцев на поле боя. Тайный советник И.М. Долгоруков в своём путевом дневнике описал встречу с вятскими новобранцами при переправе через Оку 21 июля 1813 года:

«Надо было переправиться... на пароме, и хотя их было много, но ни одного свободного; ибо предупредила нас какая-то толпа вятских рекрут, которая продержала на берегу по крайней мере часа два; это было в самый зной полдня: ни крышки, ни защиты. Песчаные равнины и голое солнце сверху, а офицер, который предводительствовал рекрутами, сидя на несчастной своей кляче в поношенном сюртуке мундирном, храбровал, как новый Дон Кихот, пред мельничным штурмом, и никого в грош не ставил...

Я не требовал бы того, чтоб он мне один паром уделил для нашей переправы. Вероятно, люди его нужнее нас были везде: они шли на убой, а от моего живота и смерти никому не было барыша, а может быть, ещё наклад; по крайней мере, следовало бы ему хоть шляпу снять, поклониться, сказать какую-либо учтивость. Нет! Господин офицер, следуя изящнейшим правилам нового рыцарства, полагал превосходство общежития в том, чтоб наехать на всякого, задавить прохожего, кричать на солдат по ямскому, чваниться веревочной сбруей своего вислоухого коня и зашпиленными полами своего ибер-рока. Ну уж детина!..

Какой-то заседатель, присланный для препровождения сего словесного гурта, сжалился над нами и исходатайствовал нам у его благородия возможность получасом ранее справиться».

В этом «словесном гурте» были и наши предки из Глазова, Сарапула, Ижевского и Воткинского заводов и других населённых пунктов Вятской губернии. Уже осенью того же 1813 года они приняли участие в заграничном походе русской армии.

Необычные части

В Отечественной войне 1812 года участвовали и тептярские казаки, входившие в Уральское войско. Тептярский полк был создан в 1790 году «из тептярей и бобылей Уфимского и Вятского наместничеств». В 1798 году на его основе были сформированы 1-й и 2-й, а впоследствии и 3-й Тептярские полки.

Слово «тептярь» (от перс. дефтер – список) практически сейчас не употребляется. Так называли значительную часть небашкирского населения, жившего в XVIII – нач. XX вв. среди башкир на их землях и платившего за это оброк. В состав тептярей входили татары, мишари, удмурты, марийцы и мордва, сохранявшие свой язык и культурные особенности.

Бобылями в ХV-ХVIII вв. называли обедневших, феодально-зависимых людей, которые не несли государственного тягла. После введения подушной подати в 1724 году бобыли практически слились с крестьянами, и в просторечье слово это стало означать обнищавших одиноких бездомных людей.

В 1812 году 1-й Тептярский полк входил в состав казачьего корпуса атамана М.И. Платова. Тептярские казаки участвовали в арьергардных боях, сражались под Миром, ходили в рейд на Бородинском поле, в составе «летучих» отрядов разоряли неприятельские обозы. Чуть позднее в военные действия включились 2-й и 3-й Тептярские полки.

А ведь был ещё и батальон Великой княгини Екатерины Павловны, сестры императора Александра I. В батальоне этом, сформированном за её счёт, служили и выходцы из Сарапульского уезда. Это и немудрено, учитывая, что формировался он из добровольцев-крестьян из имений, принадлежавших Екатерине Павловне. В Вятской губернии они располагались в Нолинском, Яранском и Сарапульском уездах. Историк И. Детков писал, что из нашей Вятской губернии в батальон вступило не менее ста ратников, всего же численность его достигала 1156 человек.

В тяжёлых боях батальон потерял 295 человек – четверть личного состава – и вскоре был расформирован.

Отголоски славного того времени то и дело встречаются в архивных документах, на страницах «Памятных книжек Вятской губернии», губернских и уездных газет.


Памятник Императору Александру I в селе Якшур-Бодья, Вятской губерни
Памятник Императору Александру I в селе Якшур-Бодья, Вятской губерни

Эхо 1812 года

Странно держать в Центральном Государственном архиве УР старинные документы с рапортами, прошениями, письмами, манифестами из того далёкого времени. Архивными служащими подготовлен Межфондовый тематический перечень документов и материалов по истории Отечественной войны 1812 года.

Глазовские мещане Иван Ляпунов, Николай Блинов, Макар Дёмин, Ермолай Загузин, сарапульские мещане Степан Леньков, Лукоян Колчин, Максим Злыгостев, Алексей Стригин, лекарский ученик Воткинского завода Федор Столов, рядовой Горной команды при Воткинском заводе Иван Монастырёв, унтер-офицер инвалидной роты при Ижевском заводе Корней Ефимов, Леонтий Киряков из удельных крестьян деревни Шевырялово, Сысой Иванов из духовных села Можга и множество других имён. У каждого своя судьба, общее одно – время и неравнодушие к судьбе Отечества.

Отголоски славного того времени то и дело встречаются в архивных документах и более позднего времени, на страницах «Памятных книжек Вятской губернии», краеведческих и исторических работ, губернских и уездных газет. Но особенно тронуло меня описание празднования 100-летнего юбилея в Ижевской женской гимназии, составленного председателем педагогического совета Д.А. Поповой:

«...Нельзя не заметить, что 26 августа 1912 года в Ижевском заводе было настолько необычным, что оно на долгое время останется в памяти местного населения и учащихся. Эти заводы с вечно дымящимися в них трубами, пылающим мартеном, стуком машин, станков, шумом водяных колёс, двигающих различные приводы, сменили тогда свою будничную обстановку из уважения к великому историческому дню. Всюду развевались национальные флаги, на улицах толпами ходил народ до самого позднего вечера, пока не потухли иллюминаторы и в саду не смолкла музыка».

Она и сейчас, спустя ещё век, не смолкает.


Сергей Жилин

"За присутствующих здесь дам!" >>>


11.01.2014 10:10
Гали.

Очень интересная, работа, дающая знания, воодушевление, гордость за соотечественников. Жаль, что в детстве или молодости её не было, но вообще-то для любого возраста полезна, интересна. хотелось бы продолжения.

Комментировать




Елена Вербицкая: "Мы создаем условия для равноправного участия женщин в политической, экономической и культурной жизни общества"

...

Сергей Мусинов: "Коллектив СЭГЗ выполнит планы по диверсификации производства"

...

Алексей Злобин: "ИЭМЗ «Купол» вносит свой вклад в улучшение экологической ситуации"

...

Денис Анищук: "В 2018 году выручка ЧМЗ превысила показатели прошлых лет и составила почти 14 миллиардов рублей"

...

Яндекс.Метрика
www.izhevskinfo.ru
Купол
Полиграф
Пресс-Тайм
Управление Госэкспертизы
Разработка сайта - "Мифорс" / Дизайн-студия "Мухина"